«…Ваше имя загоралось бы на экранах каждый день». Из переписки Г.М.Козинцева, С.К.Скворцова и Н.С.Сухоцкой


публикатор(ы) Владимир ТУМАЕВ

В 67-м номере «Киноведческие записки», отмечая 100-летие Сергея Константиновича СКВОРЦОВА, опубликовали его дружескую перепис-ку с известными кинематографистами—Львом Кулешовым и Леонидом Оболенским.
В качестве педагога по режиссерскому мастерству Сергей Констан-тинович СКВОРЦОВ работал в мастерских, руководимых многими выда-ющимися кинематографистами: сначала у С.Эйзенштейна и Л.Кулешова, после войны его пригласил И.Савченко, одновременно Скворцов стал работать у Г.Козинцева, потом у С.Юткевича, Г.Александрова, снова у Л.Кулешова, наконец, в качестве соруководителя в 1978 году его пригласил в свою мастерскую М.Хуциев.
Нынешняя публикация из эпистолярного архива С.Скворцова освещает его работу в мастерской Григория Михайловича КОЗИНЦЕВА. Особенность этой его педагогической практики состояла в том, что Скворцову приходилось подолгу замещать на курсе работавшего в Ленинграде Г.Козинцева и, по существу, самостоятельно налаживать в мастерской педагогический процесс. Конечно, время от времени Григорий Михайлович выбирался в Москву, просматривал все, сделанное курсом, делал замечания, ставил новые задачи и возвращался в Ленинград к своим книгам и новым фильмам. Эти приезды мастера в Москву, несомненно, играли определяющую роль в жизни мастерской, но те, кто знаком с педагогической работой, знает, сколько сил, энергии и терпения требует повседневная практика от педагога, отвечающего за учебный процесс на курсе. И вот всю эту черновую работу (и не только) осуществлял Сергей Константинович Скворцов.
Следует напомнить, что сам Сергей Константинович, будучи в 1927–1932 гг. студентом Ленинградского института театральных искусств, слушал лекции молодого Г.М.Козинцева, который читал там курс по режиссуре. Между учеником и учителем был всего год разницы.
Спустя пять лет после окончания института С.К.Скворцов уже работает старшим преподавателем в режиссерских мастерских у С.Эйзенштейна и Л.Кулешова, которые считали его одним из самых толковых в своем деле. Поэтому не случайно, приступив к преподаванию в том же ВГИКе, Г.Козинцев обращается к С.Скворцову с настойчивым предложением возглавить вместе с ним режиссерскую мастерскую. По воспоминаниям кинорежиссера А.С.Орлова, закончившего актерское отделение мастерской, официально она именовалась «Мастерская Г.М.Козинцева—С.К.Скворцова». Однако, несмотря на титульное равноправие руководителей, последнее слово всегда оставалось за Г.М.Козинцевым, что особенно ярко продемонстрировал случай с дипломным спектаклем «Тиль Уленшпигель», вызвавший негодование Григория Михайловича и некоторое охлаждение между ним и С.К.Скворцовым. Впрочем, вскоре их дружеские отношения восстановились.
Еще одной рабочей лошадкой в той мастерской была Нина Станиславовна Сухоцкая, отвечавшая за актерское мастерство. В 1923 году она поступила и в 1927 году окончила полный курс актерского факультета Государственных экспериментально–театральных мастерских при Московском Камерном театре, руководимом А.Таировым. По окончании обучения Н.Сухоцкая (ей шел 21 год) была принята в труппу Камерного театра. Одновременно она начала преподавать в актерском техникуме Камерного театра, который только что окончила сама. У энергичной молодой актрисы рано обнаружилась тяга к режиссуре, Таиров сделал ее своим ассистентом на многих постановках, но самостоятельных работ не давал, и в 1935 году Сухоцкая, оставив Камерный театр, возглавила театральную студию при Центральном доме пионеров, параллельно ра-ботая в театре С.Образцова. Во время войны она с двухлетним ребен-ком эвакуировалась в Ташкент, где руководила театральной студией во Дворце пионеров им. Сталина. Из мира самодеятельности упорную ученицу извлекает ее знаменитый учитель—Александр Таиров. В 1942 году Н.Сухоцкая принимает предложение Камерного театра войти в его штат режиссером. Ее мечты о самостоятельной режиссуре, кажется, начинают сбываться. И пусть она опять ассистент Таирова, но, в конце концов, Сухоцкая получает самостоятельную постановку в Камерном театре—«Верные сердца». Одновременно она проходит трехлетнюю ассистентуру в Институте повышения квалификации режиссеров. Судьба, кажется, продолжала благоволить к ней, и долгий путь актрисы в профессиональную режиссуру должен был вот-вот прийти к своему логическому завершению. Она должна была обрести в этом качестве уже устойчивый статус, но в 1949 году высшим партийным постановлением Камерный театр был закрыт.
Сухоцкой, с одной стороны, повезло—она избежала репрессий, удачно устроившись педагогом по актерскому мастерству во ВГИКе, но отныне мечты о самостоятельной театральной режиссуре пришлось навсегда оставить.
Г.Козинцев был доволен ее работой, и чаще, чем другим сотрудникам, писал ей из своего Ленинграда. Сухоцкая своею преданностью заслужи-ла его особую любовь. Судя по ее ответным письмам, она была очень энергичным педагогом, и ее эмоциональные послания к Г.Козинцеву (основная часть которых, к сожалению, не вошла в настоящую публикацию по той простой причине, что была написана Н.Сухоцкой уже после выпуска мастерской и содержала информацию не педагогического, а светского характера) добавляют несколько неповторимых штрихов к картине учебного процесса в мастерской.
Ценность публикуемой переписки состоит, кроме всего, в том, что в ней отражены проблемы кинематографического образования, не потерявшие актуальности и сегодня.
Основная часть публикуемых писем относится к периоду существования объединенной мастерской—1957–1962 гг., но в архиве С.К.Скворцова сохранились еще два письма Г.М.Козинцева более раннего периода (лета 1946 года), из содержания которых следует, что известный кинорежиссер уже тогда пытался привлечь к сотрудничеству своего бывшего ученика, но тот уже был «завербован» другим нашим классиком—Игорем Савченко.
Из публикуемых ныне писем два были напечатаны прежде. Первое: Г.М.Козинцев—Н.С.Сухоцкой от 20.12.1959—в книге «Переписка Г.М.Козинцева 1922–1973» (М.: издательство «Артист. Режиссер. Театр», 1998, с. 209); второе: Г.М.Козинцев—С.К.Скворцову от 15.01.1964 г.—в т. 5 собрании сочинений Козинцева (с. 477).
Небольшая часть фамилий, встречающихся в письмах, не идентифицирована. Например, Г.Козинцев упоминает о некоторых абитуриентах, не прошедших в институт по конкурсу—естественно, никаких сведе-ний об их дальнейшей судьбе установить не удалось.
Г.М.Козинцев в некоторых письмах упоминается как Козя, С.К.Скворцов может упоминаться в письмах как С.К. или Сергей Константинович, что также отдельно не комментируется.
Мы выражаем признательность Российскому Государственно-му архиву литературы и искусства за предоставленные для публикации письма, а также кинорежиссерам А.С.Орлову, И.Ф.Масленникову, А.Н.Митте—за ценные сведения.
Особую благодарность публикатор выражает Я.Л.Бутовскому за помощь в получении копий некоторых архивных материалов из ЦГАЛИ СПб и киноведам Дмитрию Георгиевичу Иванееву, сообщившему некоторые данные для комментариев, и Владимиру Забродину, конструктивные замечания которого были учтены при подготовке данной публикации.


Информацию о возможности приобретения номера журнала с этой публикацией можно найти здесь.




Новости
Текущий номер
Архив
Поиск
Авторы
О нас
Эйзенштейн-центр
От издателя
Ссылки
Контакты


 « 




















































































































































































































































 » 


Использование материалов в любых целях и форме без письменного разрешения редакции
является незаконным.