— Сергей ТРЕТЬЯКОВ. Лев Толстой и Романовы



Этот фильм — большая неудача. Вместо опротестованного Толстого, — привлекательный, огромный, облепленный мелочью, героический старик. Понятно — он дан на фоне идиотского семейно-парадного быта Романовых. На этом фоне любой граф выйдет Маратом.
Николай II играет в теннис. Это городовой с ракетой* — высокие сапоги, шаровары, мундир и фуражка, и так он бегает. А тема фильма, казалось бы, — дискредитация непротивления злу. Я охарактеризовал фильм, как неудачный, ввиду эклектического ведомственного заказа. Мораль левым: не лазь юбилеить. Юбилейная эклектива изуродовала то, что могло быть ударным и отчетливым.
А последняя часть фильма — противопоставление Ясной Поляны (с ее диванами, реликвиями, портретами) — Москве, урбанизму, строительству — тоже несостоятельно, ибо уже больше глаз не приемлет условных штампов, в которых кинематографисты выражают строительство. «Трамваи, расходящиеся на повороте», «какая-то машина вращается», «пять аэропланов в небе», «физкультурницы идут через Красную площадь».
Нестерпимо.
С.Третьяков.
 
«Звезда Алтая», 1928, 14 декабря.
 
*Так в тексте. По-видимому, имелась в виду теннисная ракетка (прим. ред.).




Новости
Текущий номер
Архив
Поиск
Авторы
О нас
Эйзенштейн-центр
От издателя
Ссылки
Контакты


 « 




















































































































































































































































 » 


Использование материалов в любых целях и форме без письменного разрешения редакции
является незаконным.