Дыхание воли. Дневники Михаила ЦЕХАНОВСКОГО



Михаил Михайлович ЦЕХАНОВСКИЙ (1889–1965) пришел в мультипликацию уже известным книжным графиком. За его плечами были учеба в Париже и в Петербургской Академии художеств, в Московском училище живописи, ваяния и зодчества (1908–1918); «роман с революцией» (по выражению Николая Пунина, друга юности Цехановского), которая сделала его на время помощником эмиссара по делам искусств в Белоруссии и руководителем Красноармейского университета в Смоленске (1919–1922). Он оформил более двух десятков книг. Лучшей работой Цехановского-графика по праву считается «Почта» С.Я.Маршака (1927): иллюстрации к этой книге Цехановский «оживил» в 1929 году в своей первой экспериментальной анимации, которая носила то же название. Уже в следующем году Цехановский создал звуковой вариант фильма «Почта», с музыкой композитора Владимира Дешевова и конферансом Даниила Хармса. Цехановский был одним из первых, кто оценил и использовал выразительные возможности звука в кино: удачная попытка синтеза музыки и изображения была им предпринята в фильме «Пасифик 231» (1931).
Цехановский постоянно вел дневник, особенно часто делая записи в периоды интенсивной работы. Дневник стал единственным надежным его собеседником, поскольку Цехановский был человеком закрытым, самолюбивым, желчным и нетерпимым, каких не очень жалуют дружбой. Скорый на расправу, он часто гневался, если что-то сдерживало его творческую волю, и мог—порой несправедливо—обидеть других. Под его горячую руку попадали и Маршак, и Роом, и Эраст Гарин... Однако любимой мишенью Цехановского, судя по его дневникам, был он сам. В дневниках, несмотря на самолюбие и своенравие, он признавался и в лени, и в безответственности, и в творческой несостоятельности: «Нет упористости, нет самообладания, нет силы. Нет длительного плодотворного вдохновения»; «Какая будет вопиющая досада, если «Почта» будет мною провалена, и провалена исключительно по вине моей недисциплинированности, по вине гнусной распущенности и лени». В дневниках он был крайне требователен к себе, изливал недовольство и гнев; с ними он вел непрерывный, мучительный и возрождающий его диалог.
Первая запись о кино как возможной новой сфере приложения сил сделана Цехановским 30 января 1926 года в несколько нехарактерной для него приподнято-поэтической манере: «Третий день встаю в волнах солнечных лучей». Дело в том, что с кино Цехановский связывал и творческие амбиции (он желал славы и признания, мечтал «стать русским Рене Клером»), и огромные возможности для начатых им уже в книжной графике экспериментов по «оживлению» рисунков, их монтажной организации.
Тогда же, в середине 20-х годов, Цехановский переживает роман с Верой Всеславовной Шенгелидзе, которая занималась на курсах мультипликации у оператора В.П.Вишневского, отца известного писателя и драматурга. В 1926 году (после развода с Антониной Виссарионовной Китаевой) Цехановский женится на Вере Всеславовне. Душевный подъем, вызванный любовным чувством, и открывшиеся в связи с новым делом творческие перспективы—два важных обстоятельства, которые сопровождали приход Цехановского в кино и определили тональность дневниковых записей этого времени.
 
Дневники М.М.Цехановского хранятся в его фонде в РГАЛИ. К сожалению, при подготовке их к публикации пришлось сократить часть текстов и ограничиться записями, так или иначе связанными с кино. Но некоторые фрагменты, касающиеся принципиально важных для Цехановского тем: смерти, ухода в небытие, старения или неумолимости времени—нами оставлены. К этим темам Цехановский был особенно чуток, поскольку пережил раннюю кончину матери, Зинаиды Григорьевны, ушедшей в 1899 году в возрасте 32-х лет, смерть тринадцатилетнего старшего брата Николая и своего первого сына Коли (мальчику едва исполнился год), гибель в 1919 году единственного дорогого друга—Вячеслава Александровича Дмитриева, блестящего критика «Аполлона» и многообещавшего художника. Мысли о смерти посещали его не только в связи с родными людьми: «Я свидетель смерти не только близких, но целого класса, уклада» (запись в дневнике от 12 апреля 1931 г.).
Время—еще одна важная тема дневников Цехановского: время реальное, которого ему всегда катастрофически не хватало и которое он постоянно считал, и время, которым жила страна. О том, другом времени Михаил Михайлович упоминает вскользь, без комментариев и оценок: «С 8—1 ч. (5 часов) читал газеты о шайке вредителей из самой головки спецов—почти все газеты заполнены этими новостями» (запись от 13 декабря 1930 г.). Это время жестко напомнило Цехановскому о себе, когда он снимал «Сказку о попе» («Поп Остолоп», «Балда»), которую ему не дали закончить. Есть в дневниках и третье время, которое отпускается художнику и его творениям, которое может не иметь календарных сроков, будучи просто «временем Пушкина», «временем Толстого». Это время, точнее—времена, предмет постоянных раздумий Цехановского, хотя отношение Михаила Михайловича к этому с годами и с настроениями менялось. Но в самом начале работы в кино Цехановский яростно не желал исчезнуть в этих временах и хотел быть самостоятельным и самодостаточным.
К дневниковым записям Цехановский постоянно возвращался, перечитывая и комментируя их. Он стремился как бы преодолеть время, подчинить его своей воле, свободно мигрируя из настоящего в прошлое, а из прошлого—в будущее. Так, перечитывая в 1946 году свои дневники времен работы над «Почтой» и «Пасификом», Цехановский дополнил их следующей записью: «Еще раз со вниманием и интересом прочитал эту книжку. И сейчас весна: снег засыпает Москву, превращается в воду. <…> Совсем, совсем другое отношение к работе, чем 15 лет назад. Ничего «нового» и «замечательного» я делать и не помышляю. <…> Следовало бы подвести итог: то, что в этой книге записано,—все значительно, это моя жизнь и работа в самые интенсивные годы моей жизни».
 
Первая публикация дневниковых записей Цехановского принадлежит его жене, Вере Всеславовне, и дополняет блок материалов о неосущест-вленном замысле фильма «Память о Ленине» (см. сб.: «Из истории «Ленфильма». Вып. 2. Л.: ленинградское отделение издательства «Искусство»). Наша публикация—вторая по счету и значительно более объемная. Публикуемые дневниковые записи относятся к 1926–31 гг., то есть по большей части к периоду работы Михаила Михайловича над фильмами «Почта», «Пасифик-231» и «Гопак» («Пляс»). Они даны в записи Веры Всеславовны Цехановской, которая после его смерти переписала и расшифровала его дневники 1921–1937 годов, снабдив их незначительными комментариями.
Часто встречающиеся сокращения дополнены без оговорок, все остальные обозначены квадратными скобками. Пунктуация по возможности приведена к современным нормам, но некоторые стилевые особенности, присущие Цехановскому, всё же сохранены. Дополнения к записям, сделанные Михаилом Михайловичем позднее при перечитывании, обозначены другим шрифтом, а пометки В.В.Цехановской оформлены как постраничные сноски.
К известным писателям и режиссерам (Борис Житков, Корней Чуковский, Абрам Роом и др.) комментарии не даются: сведения о них можно легко разыскать в существующих справочниках. Вместе с тем, к сожалению, не удалось найти даже минимальную информацию о некоторых лицах и событиях, упоминаемых в дневниках, поэтому комментарии остались неполными.
Выражаем признательность Б.Д.Павлову, Д.Манну, М.М.Карасевой, Ю.Н.Добровольской, принимавшим участие в подготовке публикации, а также В.В.Забродину—за помощь в составлении комментариев.
 
Публикация и комментарии С.Ким и А.С.Дерябина,
предисловие С.Ким.
 
Информацию о возможности приобретения номера журнала с этой публикацией можно найти здесь
 




Новости
Текущий номер
Архив
Поиск
Авторы
О нас
Эйзенштейн-центр
От издателя
Ссылки
Контакты


 « 




















































































































































































































































 » 


Использование материалов в любых целях и форме без письменного разрешения редакции
является незаконным.