Людмила ШАГАЛОВА: «Я снималась у Протазанова...»


интервьюер(ы) Тамара СЕРГЕЕВА

Я снималась у Протазанова в фильме «Семиклассники». Яков Александрович мне запомнился как очень красивый мужчина в шикарном костюме и с бабочкой. Он был похож на оперного певца. В руках у него всегда была палочка из бамбука. Перед съемкой он подходил к нам, каждого ударял этой палочкой по плечу и говорил: «Энергиш! Энергиш! Энергиш! Внимание! Энергиш!» И начиналась съемка. Если дубль ему не нравился, он ломал палочку о колено, и тут же помощник режиссера доставал ему следующую (у него их была целая пачка).

На съемки «Семиклассников» я попала так—я выступала по поводу приезда папанинцев в Колонном зале, после моего выступления ко мне подошла ассистентка Протазанова, ее звали Зинаида, и спросила, хочу ли я сняться в фильме. Разумеется, я хотела! Потом меня показали Якову Александровичу и утвердили. Главную роль играла Марина Ковалева, которая умерла в прошлом году. Это тоже была ее первая роль (потом она снималась в фильмах «Падение Берлина», «Тимур и его команда»). А ее подружку играла Лидочка Драновская. Съемки у Протазанова мне так понравились, что я сама захотела стать режиссером. Только гораздо позже поняла, что Протазанов совершенно не похож на других режиссеров. Таких, как он, я больше никогда не встречала! Съемочная группа его любила, он был интеллигентным, благородным. Никакой «пырьевщины», Боже упаси! И при этом не скажу, что был скромным. Чувство собственного достоинства у него было. Никогда ничего не рассказывал ни о своей жизни, ни о своих прежних работах, чем отличался от многих режиссеров—тот же Довженко с удовольствием вспоминал, как работал над своими картинами. Протазанов же в этом отношении был человеком закрытым. Но потом, и мы ведь были такими маленькими, что ему за интерес нам что-то рассказывать?

На съемочной площадке Яков Александрович был требовательным, но, как мне кажется, сам фильм его не увлекал. Незадолго до «Семиклассников» он закончил замечательную «Бесприданницу», и ему, видимо, нужно было работать дальше на этой студии, поэтому он и взял такой плохой сценарий. Причем то, о чем говорилось в сценарии, Протазанов просто не понимал. Например, совершенно серьезно говорил помощникам: «Завяжите им красные тряпочки на шею!» Что Протазанов знал про пионеров? От него все это было так далеко… Да и как мог он, который снял столько фильмов и работал с такой драматургией, увлечься скучной историей про какой-то планер?

Но с нами он работал тщательно, репетировал, я ему очень благодарна за это, я многому у него научилась. Яков Александрович мне сразу предложил: «Прочитай сценарий сама и реши, где ты можешь еще принимать какое-то участие, найди нужное место». В результате он мне придумал несколько сцен, у меня появилась своя линия, и в титрах меня указали Лялей. Так я и стала Лялей Шагаловой. Считаю Протазанова моим крестным!

Помню, как он говорил мне, дотрагиваясь пальцем до моего курносого носа: «Ты, кнопка, будешь артисткой». Его пророчества сбылись, а то, чему я научилась у него, помогло, когда снималась в «Молодой гвардии» Герасимова (между прочим, за «Молодую гвардию» я получила Сталинскую премию, потому что Фадеев сказал, что я сыграла лучше, чем он написал).

Из фильмов Протазанова я всегда очень любила «Бесприданницу». Первый раз посмотрела ее в кинотеатре, она меня просто поразила, а вскоре увидела спектакль в одном из театров и подумала—сколько же Протазанов привнес в пьесу интересного, чисто кинематографического, сколько у него новых точных деталей. Очень хорошие картины и «Праздник святого Йоргена», и «Закройщик из Торжка»… Жаль, что их показывают так редко…





Новости
Текущий номер
Архив
Поиск
Авторы
О нас
Эйзенштейн-центр
От издателя
Ссылки
Контакты


 « 




















































































































































































































































 » 


Использование материалов в любых целях и форме без письменного разрешения редакции
является незаконным.